![]() |
Вячеслав Москальцов: «Планировать можно, но очень осторожно»Рыбодобывающий флот ОАО «Дальрыба» работает практически во всех районах Охотского и российской части Берингова моря. Экипажи судов ведут добычу краба, креветки, минтая, сельди и других видов водных биологических ресурсов. А с началом хода лососей в рамках сотрудничества с предприятиями Камчатского края и Сахалинской области суда «Дальрыбы» работают на приемке красной рыбы. Генеральный директор ОАО «Дальрыба» Вячеслав Москальцов рассказал журналу «Fishnews – Новости рыболовства» о текущей ситуации на предприятии и о том, что мешает строить далеко идущие планы. |
- Третий год отрасль работает в новых условиях. Закрепление долей квот на 10-летний период позволило предприятиям выстраивать долгосрочные планы, программы развития и инвестиций. Как с этим обстоят дела у «Дальрыбы»?
- По сути дела все началось в 2004 году с Постановления Правительства № 704 «О квотах на вылов (добычу) водных биологических ресурсов», а затем был принят ФЗ № 166 «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов». Так что мы работаем по этим правилам уже восьмой год. Безусловно, это позволяет нам планировать свою деятельность. Но дело в том, что за это время произошли некоторые события, которые серьезно повлияли и продолжают влиять отрицательным образом на финансовый результат предприятий.
Во-первых, так и не была отменена плата за пользование биоресурсом.
Во-вторых, с 2009 года заработала программа «вся рыба на берег», которая нанесла серьезный удар по рыбакам. Обязательная физическая доставка всех уловов на таможенную территорию РФ обернулась потерями, эквивалентными стоимости этой доставки, к которой прибавились таможенные сборы и экспортная пошлина от 5 до 10% от стоимости рыбопродукции. Причем пошлина взимается со всех товаров, вне зависимости от того, существует ли для них рынок сбыта внутри России либо этот товар на внутреннем рынке никому не нужен.
В-третьих, с 2011 года увеличились страховые отчисления из фонда заработной платы с 24 до 34%.
Четвертое обстоятельство – отрасль выдерживает уже вторую волну повышения цен на топливо. Казалось бы, всем досталось в период кризиса, но практически везде правительства – в Евросоюзе, в Японии, в Южной Корее – пришли на помощь рыбакам. Мы же можем только мечтать об этом.
Пятое. Нас постоянно будоражат какими-то абсолютно непонятными идеями, начиная с рыбных бирж и заканчивая квотами под киль, что тоже вносит нервозность, не способствующую стабильности работы предприятий.
Более того, не только ежегодно, но постоянно корректируется ОДУ, и всегда существует обеспокоенность по поводу того, что могут вообще закрыть тот или иной объект промысла.
Так что планировать можно, но очень и очень осторожно.
- Между тем считается, что наделение квотами на 10 лет сподвигло рыбопромышленников на модернизацию флота. Хотя лишь единицы отваживаются на строительство. Более распространена практика, когда на судах устанавливают новые производственные линии, расширяют возможности заморозки – этого пока достаточно?
- Я считаю, что закрепление долей квот на 10 лет на фоне тех негативный явлений, которые я только что перечислил, не может сподвигнуть на масштабную модернизацию флота. А тем более на строительство. Исключение составляют несколько предприятий, которые построили по паре МРСок.
Безусловно, кто-то решает осваивать производство филе, для чего необходимо определенное переоборудование судна. Это делается, если позволяют возможности. В таком случае предприятия стараются вывести флот на максимум возможной производительности. Но мы со своими судами, по сравнению с зарубежными аналогами, сейчас выглядим так же, как если бы на гонки Формулы-1 мы приехали соревноваться на «Жигулях».
Уже практически на протяжении двух лет с лишним в рамках различных конгрессов, круглых столов и совещаний правительство поднимает вопрос о строительстве нового флота.
Вопрос очень важный и очень непростой. Действительно, если посмотреть на тот флот, который работает сейчас на Дальнем Востоке, то он напоминает сборную ветеранов. Однако те проекты, которые предлагаются для обсуждения, не под силу сегодня рыбакам. Посудите сами: стоимость судов варьируется от 30 до 110 миллионов евро. Причем говорится только о тральщиках, но забывается, что Дальневосточный бассейн – это не только минтай и сельдь. Нам необходимы и кальмароловы, и ярусоловы, краболовы, креветколовы. По моему мнению, ближайшие пять-шесть лет компании будут выжимать последние соки из того, чем владеют, либо же искать суда в сносном состоянии на вторичном рынке за рубежом.
Конечно же, рыбодобывающие компании будут внимательно следить за тем, что происходит в современном судостроении и, я думаю, приступят к строительству, если будут уверены, что порядок распределения квот в 2018 году не изменится. Это будут серьезные заказы на крупнотоннажные суда, выполнять которые будут те верфи, которые обеспечат сроки, качество и оговоренную стоимость строительства. А какому государству они будут принадлежать – не столь важно.
- Если вернуться от инвестиционных планов к текущим событиям, то как вы охарактеризуете работу предприятия в настоящий период? Какими оказались итоги минтаевой путины? Удалось ли освоить запланированные объемы?
- В минтаевую путину «Дальрыба» сработала хорошо и даже с перевыполнением плана. Промысловая обстановка в Охотском море была хорошая, а при правильной организации процесса, слаженности в работе между управлением и флотом можно добиваться хороших результатов. Это позволило предприятиям уже освоить ОДУ на 93%. А у нас есть еще сезон «В» для «зачистки хвостов». Очень неплохая ситуация сложилась на сельди, ее вылов не прекращался даже в минтаевую путину, и уловы были гораздо выше, чем в прошлом году.
- Началась лососевая путина. Первые данные свидетельствуют, что она будет интенсивной – подходы горбуши ожидаются на уровне 2009 года. «Дальрыба» будет принимать лосось на переработку? Каковы планы?
- Будем работать на приемке лососей в районах восточного Сахалина и восточной Камчатки.
Здесь хотелось бы остановиться на некоторых моментах. Несмотря на то что отраслевая наука загнана в тяжелое положение, обусловленное выполнением 21 статьи ФЗ «О рыболовстве», она по-прежнему выдает достаточно точные прогнозы. Причем прогнозные данные специалисты рыбохозяйственных институтов готовят заблаговременно, за два года до начала промысла. Эти данные предназначены не только для рыбаков, они должны приниматься в расчет и правительством, которое, в свою очередь, имеет возможность путем тарифного регулирования снизить объемы импорта норвежского и чилийского лосося. Эта мера здорового протекционизма в поддержку российского рыбака особенно актуальна в такие годы, когда ожидается массовый подход красной рыбы. Ведь мы же помним, что происходило в 2009 году, когда за сезон было выловлено свыше 500 тысяч тонн лососей. Поскольку все холодильные мощности к западу от Урала были забиты норвежским культивированным лососем, дальневосточникам приходилось добрую часть вылова отправлять в Китай.
Такая же ситуация наблюдается и с сельдью. Тихоокеанская сельдь, которая на нашем бассейне добывается в больших объемах, практически неизвестна жителям западных регионов страны, хотя по вкусовым качествам, как мне кажется, она превосходит импортную атлантическую.
- Год назад вы констатировали: ежегодно происходит снижение ННН-уловов крабов даже несмотря на то, что объемы реальных поставок за рубеж в разы превышают отчетные данные об объемах добычи. По вашим словам, «это говорит о том, что управление крабовыми ресурсами еще далеко от совершенства». Вместе с тем принимаются поправки в Правила рыболовства и тем самым разрешаются поставки на экспорт крабов в ЖСО виде при условии таможенного оформления в РФ. На ваш взгляд, это решение оправданно, не развяжет ли оно руки зарубежным импортерам нелегального краба?
- Ситуация с ННН-промыслом, действительно, меняется к лучшему. Это один из тех немногих позитивных результатов, которые достигнуты в реальности и которые подтверждаются ростом цен на крабов на зарубежных рынках.
Снижение браконьерства происходит вследствие нескольких факторов. Во-первых, прошло несколько серьезных судебных процессов, ударивших по нелегальному промыслу. Во-вторых, компаниям, получившим квоты на долгосрочной основе, просто нет смысла хулиганить. Перед капитанами браконьерских судов замаячила реальная угроза сесть в тюрьму. Следующий фактор – это улучшение социального положения пограничников, что, в свою очередь, повлияло на уровень коррупции. Весомым вкладом в противодействие ННН-промыслу стало подписание документов по обмену информацией с Республикой Корея и Японией в рамках межправительственных соглашений.
Конечно, до совершенства еще далеко, но сдвиг есть, и он очень серьезный, что не может не радовать законопослушных рыбаков.
Что же касается вывоза краба в ЖСО виде, то компании делают это в соответствии с законодательством. А если все же существуют какие-либо нарушения, то, поверьте, у властей есть все возможности быстро и эффективно перекрыть любую нелегальщину. Была бы на то политическая воля, а, судя по развитию событий, таковая имеется.
К сожалению, у нас в России нет рынка сбыта для краба в ЖСО виде и даже в портовых городах нет торговых площадок, где продаются живые морепродукты.
- Тем не менее, усматриваете ли вы тенденцию к увеличению спроса на вашу продукцию со стороны внутреннего рынка России? Можно ли говорить об устойчивом росте спроса, например, на филе? Что служит для вас стимулом для наращивания переработки?
- Спрос на рыбопродукцию будет всегда, и он будет только расти. Россия в этом отношении – не исключение. Будет увеличиваться спрос и на филе в том числе.
Однако мы не собираемся заниматься переработкой. Моя задача – быстро, качественно освоить выделенный ресурс, продать по наиболее высокой цене, заплатить налоги, достойную зарплату членам коллектива, рассчитаться по долгам, и я очень надеюсь, что в результате «Дальрыба» все-таки будет с прибылью.
Я считаю, что все должны заниматься своим делом: рыбаки – добычей, переработчики – переработкой, продавцы – торговлей, а чиновники должны оперативно реагировать на нужды вверенной им отрасли. Я уверен на 200%, что если это произойдет, то на каждого россиянина будет не 22 кг рыбы, а все 40.
Однако основная проблема сейчас, которая стоит не только перед нашим предприятием, – это кадровый вопрос.
Я руковожу компанией уже восемь лет, и с каждым годом ситуация лишь усугубляется. Может так случиться, что через три-четыре года многие суда останутся без экипажей и будут наблюдать за очередной путиной со стороны, стоя у причала.
Решение этой проблемы очень простое – необходимо значительно повышать заработную плату. Я считаю, что если предприятия отрасли вынуждены увеличивать отчисления из фонда заработной платы, то Правительство РФ должно предпринять ответные шаги: обнулить плату за биоресурс, убрать экспортные пошлины. Я думаю, что в целом для бюджета страны эти меры не будут определяющими, однако они позволят сделать качественный шаг вперед всей рыбной индустрии. Главное – появится возможность повысить заработки рыбаков, появится хоть какая-то страховка от различных кризисов в виде роста цен на топливо и это позволит более плотно подойти к вопросу новостроя.
Елена ФИЛАТОВА, журнал «Fishnews – Новости рыболовства»