В интервью Fishnews наблюдениями за рыночными тенденциями поделился генеральный директор и соучредитель «Авангард групп» Юрий Испалатов. Компания уже более десяти лет занимается крупными оптовыми поставками рыбной продукции, сотрудничает с ключевыми промысловыми предприятиями и покупателями в регионах.
— Юрий Владимирович, расскажите, как вы пришли в рыбный бизнес?
— В конце 1990-х — начале 2000-х знакомые пригласили меня работать на Палашевском рыбном рынке в Москве. Была такая компания «Мосрыбхоз», которой принадлежали рыбхозы в Подмосковье и которая строила рыбные рынки. Я начал работать на таком рынке менеджером по развозу продукции. Было очень интересно, и я быстро погрузился в эту тематику.
Однажды учредители «Мосрыбхоза» предложили мне поработать в Осёнке, в рыбхозе. Я согласился и со временем стал на предприятии коммерческим директором. Потом мы начали вести совместный бизнес, открывали первые рыбные розничные магазины в городе Коломне. Однако так сложилось, что этот проект завершился.
Я уехал в Москву. По объявлению попал в группу компаний «Талекс». Был такой огромный холдинг, на месте которого сейчас действуют компании «Ирна», «Крига» и наша «Авангард групп». Таким образом, мой опыт работы в отрасли расширялся.
— Как появилась компания «Авангард групп» и что она из себя сейчас представляет?
— В конце 2011 года структура, в которой я работал, продала свой флот, в связи с чем отказалась от моих услуг. Для меня это был удар. Зато так родилось решение заняться собственным бизнесом, ведь у меня остались наработанные связи.
Мы начинали вместе с моим другом и партнером Андреем Климовским. Компанию назвали «Авангард». Авангард — это передовой отряд, в этом названии отразились наши юношеские амбиции: быть первыми, добиваться всего.
Сегодня «Авангард» — это федеральная компания. Это команда профессионалов в различных областях: в логистике, бухгалтерии, экспортно-импортных операциях, таможенном деле, юриспруденции. Это филиалы во Владивостоке, Новосибирске, Екатеринбурге, Нижнем Новгороде, Санкт-Петербурге и Москве, есть еще представители на Камчатке. Это реализация рыбопродукции на внутреннем и внешнем рынках, а также работа с импортом.
— Какова функция трейдера в рыбной отрасли?
— Трейдеры выступают связующим звеном между рыбаками, предприятиями-производителями и розничной торговлей. Именно такие компании обеспечивают разнообразие и постоянство ассортимента рыбной продукции в ритейле и сегменте HoReCа. Работа трейдеров помогает сглаживать ценовые колебания из-за сезонности предложения тех или иных видов рыбы и других факторов.
Это огромный труд и большие риски. Нужно понимать, что из-за изменения ситуации на рынке порядка 20−30% сделок по итогам года оказываются «минусовыми», от этого никуда не деться. Трейдер для этого и нужен. Он сглаживает эти скачки цен на рынке и берет на себя убытки по «минусовым» сделкам.
— Как трейдер принимает решение, что, когда и за сколько купить, когда продать? Как этот механизм работает?
— Есть многолетний опыт. Я больше двадцати лет в этом бизнесе. Правда, с каждым годом становится все сложнее прогнозировать. Раньше, например, мы понимали, что путассу надо покупать в мае, когда эта рыба самая дешевая и крупная, а продавать на пике — в ноябре-декабре. Сейчас это не прогнозируется.
Мониторинг промысла, общение с конкурентами и покупателями, анализ и калькуляция. Сидишь и все просчитываешь. У нас целый аналитический отдел этим занимается.
— Как вы считаете, что мешает росту потребления рыбы в России?
— Соотношение доходов населения со стоимостью рыбы. Кроме того, ее надо популяризировать. Врачи и диетологи должны объяснять, почему рыбу есть полезнее, чем, скажем, красное мясо. Понятно, что мы живем в холодной стране, где сложилась культура потребления красного мяса и курицы. Также, купив курицу, семья из нее может приготовить и первое, и второе. Это удобно.
Так вот, потребитель должен видеть, какие есть преимущества у покупки рыбы и морепродуктов. Норвежцы десятилетиями продвигали свой выращенный в аквакультуре лосось, и сегодня в Японии они почти вывели из потребления дикую нерку. Сейчас японцы съедают нерки в десятки раз меньше, чем аквакультурного лосося.
— По вашим ощущениям, за последние годы рыбу в России стали потреблять больше или меньше?
— Потребление растет. Это можно проследить, например, по объемам минтая, реализуемого в России. Или по объемам той же нерки. В этом году ее в России продали порядка 18 тыс. тонн. А в прошлом году этот показатель составил 12 тыс. тонн. Также объемы продаж нашей компании и наблюдаемые нами изменения на рынке — все говорит о росте потребления.
— Отмечаете ли вы изменение потребительских предпочтений по рыбе в России? Если да, то в каком направлении? Помнится, раньше люди часто говорили, что минтай — это рыба для кошек…
— Сейчас люди начали понимать, что минтай — это рыба тресковой породы, но втрое дешевле трески. А рыбаки научились производить продукцию для розничной продажи, выпуская филе, «кубики». В целом хочу сказать, что потребление рыбы стало более осознанным.
Если говорить о лососе, то те, кто ведет здоровый образ жизни, выбирают дикий лосось и учатся его правильно готовить. Если говорить о белой рыбе, то люди могут пробовать и пикшу, и сайду, и треску. Но минтай в последнее время в приоритете.
— Продукция российских предприятий востребована в том числе и на внешнем рынке — это обеспечивает отдачу для государства в виде, например, валютной выручки. Что ваша компания в основном экспортирует? И куда?
— Поставляем продукцию в Китай, Корею, Таиланд, Вьетнам, Японию. Всю основную дальневосточную линейку — минтай, камбала, горбуша, кета, навага, треска и кальмар.
— В ближнее зарубежье что-то везете?
— В этом регионе покупают в основном минтай — порядка 90% от всего объема. Это с советских времен традиции остались — «рыбный четверг» и другие. Но в географическом топе у нас, конечно, страны Азиатско-Тихоокеанского региона: там население в десятки раз больше.
— Нет ли у вас желания диверсифицировать бизнес, допустим, заняться промыслом рыбы или ее переработкой?
— Желание постоянно возникает, но если говорить о рыбодобыче, то понятно, что в этот вагон, скорее всего, уже не заскочить. А что касается других направлений, то пусть это пока останется нашим секретом.
— Каковы, по вашему мнению, перспективы отрасли в ближайшем будущем? Как она будет меняться?
— Я думаю, основные тренды — укрупнение и глобализация. В добывающем сегменте, возможно, останется пять-десять крупных холдингов и какое-то количество компаний поменьше.
— Вы сами едите рыбу?
— Сейчас я ем рыбу чаще, чем мясо. Но для меня очень важно, как она приготовлена. Помнится, пришли мы с супругой в один ресторан. Подходит к нам администратор и рассказывает, что согласно концепции заведения все рыбные блюда готовят из охлажденной продукции. Я заглядываю в меню и вижу: нерка, палтус, треска. Говорю: «Треска ладно, а нерку и палтуса вы откуда доставляете?» Отвечает: «С Камчатки». — «И как вы ее привозите? Самолетами?» Пауза. «Нет, ну как мы самолетами можем доставлять? Наверное, автоперевозки». Я спрашиваю: «Откуда, с Камчатки? Спросите, пожалуйста: рыба действительно охлажденная?» Администратор возвращается через полчаса, говорит: «Да, я ошиблась».
А вот когда ресторан честный, без обмана, и когда все приготовлено правильно и вкусно — мне нравится.
Андрей ДЕМЕНТЬЕВ, специальный выпуск журнала Fishnews
