Красная путина 2020

04 февраля 2020 года
Президент Ассоциации предприятий рыбной отрасли Хабаровского края Сергей РЯБЧЕНКО

Сергей Рябченко: Особый взгляд на лососевую путину

Иногда очень полезно вернуться к пройденному, задуматься о том, правильный ли путь был выбран, не оказалось ли, что результаты красивы только на первый взгляд, а реально заложенные потери с лихвой перекрыли весь ожидаемый позитив. В этой связи я абсолютно не склонен предаваться эйфории по поводу правильности регулирования промысла осенней кеты на Амуре и в Амурском лимане в прошлом году.

Причем мой «особый взгляд» подкреплен не только сорокалетним опытом работы в рыбохозяйственной отрасли, но и одиннадцатилетним стажем руководства комитетом рыбного хозяйства Хабаровского края. А также мнением основных работников 35 действующих компаний, входящих в краевую ассоциацию предприятий рыбной отрасли, которую я возглавляю с ноября 2018 года.

Да, до мест естественного и искусственного воспроизводства осенняя кета дошла. И результаты по закладке ее икры могли быть значительно выше, если бы не паводок. Мало того, мы таким регулированием накормили и китайских рыбаков (хорошо бы, если б не в ущерб своим).

При этом свои, особенно в Николаевском районе, остались, мягко выражаясь, при своих. Освоили менее 50% выделенных объемов, чему «способствовали» проходные дни и частые шторма. Сработали со значительными убытками, наверное, впервые за последние годы. В результате казна края недополучит в бюджет приличную сумму налоговых платежей, а предприятия чешут голову - за счет каких средств рассчитаться с работниками и подготовиться к осенней путине 2020 года?

Что же произошло? Где был допущен тот просчет, из-за которого при относительно неплохом подходе лососей результаты путины оказались достаточно плачевны? И почему не была реализована основная цель принятой накануне путины «Стратегии промысла тихоокеанских лососей и гольцов в Хабаровском крае и Еврейской автономной области в путину 2019 года» – достичь максимально возможных уловов за счет ведения рационального промысла, обеспечивающего пропуск в реки производителей в объемах, необходимых для оптимального заполнения нерестилищ и выполнения программ заводского разведения?

Постараемся разложить все по полкам и отметить основные негативные моменты.

Во-первых, сегодня уже не секрет, что промысел был необоснованно закрыт минимум на неделю – десять дней раньше нужного, хотя абсолютно никаких веских аргументов для этого не было. Просто ход осенней кеты растянулся и фактор усиления течения воды по причине паводка учтен не был. Осталось выяснить, кто готовил предложение, и кто голосовал за решение по непроверенной информации.

Далее, во-вторых, предприятия, работающие в Николаевском районе, самостоятельно сократили мощности по вылову на 50-60%, тогда как Стратегией рекомендовалось не более 25%. При этом на сколько сократились промысловые мощности у предприятий, работающих выше Николаевского района, до сих пор неизвестно, это только предстоит выяснить. Подозреваю, что как раз здесь никакого сокращения и не было.

Еще один момент – в каких научных источниках прописано, что для сохранения популяции и снижения промышленного пресса объемы из устьевой части передаются в русло, где и расстояние между берегами значительно уже, и контроль за выловом затруднен? Постулатом всегда было: открытие рыболовства тихоокеанских лососей в реке начинается снизу, а закрытие сверху. И наиболее рационален промысел в морском прибрежье, а не в нерестовых реках, где в принципе ловить нельзя! Кто пошел на поводу у рыбаков-промышленников среднего Амура, поставив под угрозу благополучие популяций и наполнение краевого бюджета? Очевидно, просматривается откровенное лоббирование и абсолютная незаинтересованность в завтрашнем дне. После нас – хоть потоп!

В-третьих, можно в чем-то не соглашаться с принятой до путины Стратегией, но зачем же вводить новые необоснованные корректировки по ходу, внося дополнительные негативные моменты? Так, первоначально, как было определено Стратегией, промышленный лов кеты планировался только в двух нижних районах – Николаевском и Ульчском. Но вдруг для решения каких-то сиюминутных политических задач, явно конъюнктурных и популистских, мы открываем для промысла верхние районы, тогда как там и так хватает пресса из-за не отрегулированного должным образом отлова нормовой рыбы для нужд коренных народностей. И все это в ущерб отлаженному и контролируемому промыслу в Амурском лимане, который ранее давал основной вклад в краевой бюджет. А конъюнктурные «нововведения» ничего, кроме дополнительного пресса на популяции рыб и бюджетных потерь, не принесли.

Я понимаю, что вопросы сохранения ресурсов осенней кеты – превалирующие. Но совершенно не понимаю, почему сегодня основные промышленные предприятия, расположенные в низовьях реки и лимане, оказываются ответственными за снижение численности популяции кеты, тогда как, наоборот, именно они были отстранены от нормального промысла и получили от путины только убытки.

Почему-то все забыли о тотальном браконьерстве на Амгуни и других нерестовых притоках Амура в прошлые годы. О геометрически растущем желании лиц под видом КМНС выйти на слабо контролируемый промысел, по сути, санкционированное браконьерство, о тысячах лодок на воде, начиная с Ульчского района и выше, проконтролировать легитимность работы которых практически невозможно! А что нас ждет в 2020 году? Опять в стратегии будут жестко регламентировать правила игры для промышленных предприятий, а причисляющие себя к КМНС лица, количество которых возросло за год почти на 20%, будут работать в свободном режиме? Правда, появилась надежда, что с 2021 года с принятием Государственной Думой в третьем чтении поправок в части установления порядка учета представителей КМНС, традиционным рыболовством будут заниматься действительно лица, относящиеся к коренным малочисленным народам!

Мы ясно и четко предлагаем ограничить основной промысел лососей низовьями Амура и Амурским лиманом, в верховьях оставить только лов коренных народов, причем не более одной бригады на населенный пункт по согласованию с местным уполномоченным представительным органом. Добычу ограничивать только проходными днями по текущему научному обоснованию. В случае слабого подхода и невозможности отлова 50 кг на человека решить проблему обеспеченности коренного населения нормовой рыбой через краевые социальные программы.

Полагаю, если говорить о сохранении запасов лососевых, то правила игры должны быть одинаковы для всех. Если промысел прекращается, то с водоемов должны уйти все – и промышленные предприятия, и национальные общины, и граждане, осуществляющие любительское рыболовство. При отсутствии промысла, как в прошлом году по летним лососям, и в проходные дни на водоемах не должно быть никого, кроме контрольно-надзорных органов.

Если рассуждать на тему выработки Стратегии промысла тихоокеанских лососей на Амуре и в лимане, приходит мысль о возможности саморегулирования промысла. Не предварительное (наугад) определение того или иного количества проходных дней, которые вкупе со штормами срывают всю рыбалку в Николаевском районе, а регулирование при непосредственном ходе рыбы. Конечно, под контролем науки и при условии сбора достаточной информации.

Например, подписать между предприятиями, ведущими промышленное рыболовство лососей, относящихся к амурской популяции, соглашение о добровольном регулировании добычи. Согласно такому документу, предприятия прекращают лов при слабом ходе лососей по обоснованным оперативным рекомендациям научного органа, сотрудники которого постоянно находятся на мониторинговых рыболовных участках. Промысел возобновляется опять же по рекомендациям научного органа, при хорошем ходе лососей.

Целями и задачами такого соглашения могут являться:

- реализация принципа приоритета сохранения водных биоресурсов над их использованием;

- обеспечение оперативного выполнения предприятиями рекомендаций научного органа по прекращению и возможности возобновления промысла, направленных на обеспечение заполнения естественных нерестилищ;

- содействие выполнению государственного задания по искусственному воспроизводству лососевых в бассейне реки Амур;

- профилактика, предотвращение нарушений законодательства в сфере рыболовства и содействие органам государственной власти по их пресечению.

Детали подобного метода регулирования можно описать в соглашении подробно. И такой подход к регулированию промысла тихоокеанских лососей Амура, в частности осенней кеты, имеет право быть рассмотренным. Тем более это уже было апробировано в прошлом году, когда рыбопромышленные предприятия края подписали соглашение – не выходить на промысел летних лососей Амура – и, подчеркну, никто не вышел. Даже приказа Росрыболовства для этого не потребовалось.

Это ли не говорит о высокой сознательности бизнеса в вопросе необходимости сохранения и восстановления популяции? Мы всегда должны думать о будущем, заходя в реку и запуская туда свои сети. В этом наша ответственность перед поколениями, которые придут после нас!

Президент Ассоциации предприятий рыбной отрасли Хабаровского края Сергей Рябченко

Fishnews

Февраль 2020 г.